Россия сохраняет сильные экспортные позиции
Ормузский кризис ударил не только по нефти
Обострение в районе Персидского залива вновь показало: мировая экономика держится не только на баррелях, но и на мешках с удобрениями, зерновых терминалах и морских коридорах. Через Ормузский пролив проходит значительная часть нефтяных и газовых потоков, однако для аграрного сектора не менее важно другое: по оценкам международных источников, через этот маршрут проходит около трети мировой торговли удобрениями.
На этом фоне западные аналитики всё чаще говорят не просто об энергетическом, а о продовольственно-сырьевом кризисе: сбой в поставках удобрений быстро переходит в снижение урожайности, рост себестоимости и подорожание базовых продуктов. WFP уже предупреждала, что при затяжном ближневосточном конфликте и нефти выше 100 долларов за баррель ещё почти 45 млн человек могут оказаться в зоне острой продовольственной нестабильности — сверх уже имеющихся 318 млн.
• Около 1/3 мировой торговли удобрениями зависит от маршрута через Ормуз;
• 45 млн человек — возможный прирост зоны острой продовольственной нестабильности;
• 318 млн человек уже находятся в группе продовольственного риска;
• главный уязвимый контур: топливо → удобрения → урожай → цены на продукты.
Удобрения стали промышленным нервом аграрного мира
Наиболее чувствительный узел кризиса — азотные удобрения, прежде всего карбамид. Катарская QAFCO называет себя крупнейшим в мире однообъектным экспортёром мочевины: предприятие располагает мощностями 5,6 млн тонн карбамида и 3,8 млн тонн аммиака в год, а его доля в мировом предложении мочевины оценивается до 14%. При остановках или логистических сбоях такого масштаба дефицит ощущают не только трейдеры, но и фермеры в Азии, Африке и Латинской Америке.
Guardian также указывал, что в 2024 году из региона морем было вывезено около 16 млн тонн удобрений, а Ближний Восток обеспечивает примерно 45% мировой торговли серой, необходимой для производства удобрений и ряда промышленных материалов.
Почему это критично для сельского хозяйства:
• азотные удобрения напрямую влияют на урожайность зерновых;
• дорогой газ повышает себестоимость аммиака и карбамида;
• перебои в морской логистике бьют по срокам внесения удобрений;
• фермер не может «перенести» посевной сезон без потери урожая.
Россия усиливает продовольственно-сырьевое значение
В такой обстановке Россия остаётся одним из немногих крупных игроков, где сходятся три ресурса: природный газ как база для химии, развитое производство удобрений и сильная зерновая школа. Это не повод для политической бравады, но серьёзный фактор мировой устойчивости.
USDA в апрельском обзоре зафиксировало рекордное мировое производство пшеницы в сезоне 2025/26, при этом Россия сохраняет статус одного из ключевых поставщиков на экспортном рынке. Bloomberg ранее сообщал, что Россия планирует экспортировать 53-55 млн тонн зерна в текущем сезоне, а отраслевые оценки по урожаю пшеницы на 2026/27 находятся в диапазоне 86-91 млн тонн. На фоне нестабильности удобрений и логистики российские зерно, газохимия и портовая инфраструктура превращаются не в лозунг, а в практический контур продовольственной безопасности — для стран, где хлеб и удобрения важнее деклараций.
• Пшеница и удобрения становятся частью сырьевой геополитики;
• газовая база усиливает значение российской химии;
• зерновой экспорт зависит от портов, логистики и цен;
• недра, ТЭК и агросектор всё теснее работают как единая система национальной устойчивости.