Все записи

От смотрителя до губернатора

Во все века сибирские недра осваивали хорошо подготовленные специалисты

За красивой датой – 300-летие с начала промышленного горнорудного производства на Алтае, которое отмечается в нынешнем году, стоит множество имён, судеб конкретных людей. И с каждым связаны определённые страницы этой большой летописи, в большинстве своём свидетельствующие о том, что люди, находившие и добывающие в сибирских недрах полезные ископаемые, перерабатывающие их, были настоящими знатоками своего дела. О многих из них уже рассказывал «Хронограф», не исключение и герой сегодняшнего очерка. 225 лет назад, в 1801 году, в Санкт-Петербурге родился будущий главный начальник Алтайских горных заводов, генерал-майор, томский гражданский губернатор (1851–1857) Валерий (Валериан) Александрович Бекман.


Правнук легендарного математика

В. А. Бекман, дворянин по происхождению, рос и воспитывался в интеллектуальной среде. Его отец, Александр Петрович, – военный, служил в чине полковника, а мать, Анна-Блондина, принадлежала к знаменитому клану Эйлеров – была дочерью генерал-лейтенанта Христофора и внучкой математика и механика академика Леонарда Эйлера, открытия которого служат уже три века человечеству и, как ни странно, дали толчок нашей цифровой эре.

Леонард Эйлер (1707–1783) – швейцарец по рождению, математик, механик, физик и астроном. Леонард Эйлер считался величайшим учёным своего времени. Он сделал важные открытия в самых разных областях науки. Его именем названы многие математические понятия и теоремы.  Из 76 лет жизни около 32 лет Эйлер проработал в России, а большинство его главных открытий были сделаны именно в Санкт-Петербурге. Здесь он пережил потерю зрения, воспитал учеников и создал сотни трудов, навсегда изменивших науку. Автор первого учебника арифметики в России. Уникальный пример в истории мировой науки. Он мог диктовать сложнейшие научные труды, удерживая на коленях маленьких внуков и поддерживая бытовую беседу, а самые масштабные открытия он совершил, когда полностью потерял зрение в 1771 году. Именно в этот период он превратился в настоящий «живой вычислительный центр», способный выполнять в уме расчёты такой сложности, на которые другим математикам требовались недели кропотливой работы с бумагой. Он превратил разрозненные знания прошлого в строгий язык, на котором функционирует современный мир. Эйлер придумал математический алфавит. По сути, он заложил фундамент для цифровой реальности XXI века.

Своего великого прадеда, который, как свидетельствовали современники, был многодетным отцом и отличным семьянином, мог диктовать сложнейшие научные труды, удерживая на коленях маленьких внуков и поддерживая бытовую беседу, Валериан Бекман при жизни не застал. Но семья хранила и из поколения в поколение передавала свой культурный код и жажду знаний.

У потомка легендарного учёного попросту говоря не было шансов остаться неучем. Валериан, получивший хорошее начальное образование, с лёгкостью поступил в Горный кадетский корпус, где пристрастно изучал все преподаваемые науки и с интересом посещал практические занятия.

Окончил молодой Бекман престижный вуз в 1824 году первым по списку – с Большой золотой и Большой серебряной медалями. За успехи в науках был награждён Большой золотой и Большой серебряной медалями, готовальней, эспандером и книгами. Как лучший выпускник был оставлен при лаборатории кадетского корпуса. Но, судя по всему, его душа стремилась к настоящему делу.

Уральские горы

В столице молодой выпускник оставался недолго – по собственному прошению получил направление на Урал. Уже в начале своей службы, будучи смотрителем Каслинского рудника на Миасских золотых промыслах, Валериан Александрович проявил свои способности как геолог, открывая новые месторождения. Здесь же на Урале показал и навыки, как сказали бы сегодня, менеджмента – успешно работал управителем Саткинского завода и Златоустовской оружейной фабрики. С 1838 сверх должности полковник Бекман состоял членом комитета для рассмотрения штатов Уральских заводов. А в 1840 году, уже зрелый специалист, он направляется горным начальником Луганского сталелитейного завода.

Следующими ступенями его карьерной лестницы были должности горного начальника Златоустовских заводов и директора оружейной фабрики.

Кстати, на этом посту Бекман сменил П. П. Аносова, назначенного главным начальником Алтайских горных заводов и томским гражданским губернатором. А уже в 1851 году Валериан Александрович сам отбыл на Алтай – снова на смену Аносову, умершему 13 мая.

В двух ипостасях

Как пишет краевед Алексей Кобелев, по чиновной лестнице Бекман поднялся до генерал-майора. Высочайшим приказом по Корпусу горных инженеров от 8 июня 1851 Бекман был назначен главным начальником Алтайских горных заводов и томским гражданским губернатором. Занимая две ответственные должности, с ноября 1853 по июнь 1854 и с июня 1856 по март 1857 Бекман председательствовал в Совете Главного управления Западной Сибири в связи с отсутствием генерал-губернатора Западной Сибири, генерала от инфантерии Г. Х. Гасфорда.

Каким он был начальником и губернатором? Ответить однозначно на этот вопрос сложно. Как и к другим руководителям, к нему у его современников было немало вопросов. Так, деятельность В. А. Бекмана вызывала язвительную критику Г. Н. Потанина, исследователя и общественного деятеля. Григорий Николаевич в статье, опубликованной в герценовском «Колоколе», писал: «Он (Бекман – ред.) ездил по губернии, рассматривал с любопытством странные явления природы, интересовался нравами жителей и улыбался приятно, когда жаловались мужики и рассказывали возмутительные истории, вообще был губернатором для собственного удовольствия».

Но есть и факты, которые говорят об обратном – о том, что Бекман не был просто номинальным начальником губернии. Будучи томским губернатором, Валериан Александрович осуществил ряд административно-территориальных преобразований: в 1853 Семипалатинская округа Томской губернии была выделена в особую Семипалатинскую область, в неё вошли города Семипалатинск и Усть-Каменогорск, ранее относившиеся к Бийской округе Томской губернии; в декабре 1856 была упразднена Колыванская округа, территория которой вошла в состав Томского округа. В том же 1856 Министерство внутренних дел поддержало инициативу Бекмана по созданию Кийского округа с центром в селе Кия (Кийск), преобразованном в город, который в конце 1857 получил новое название – Мариинск, соответственно и округ стал называться Мариинским.

Поселение Кийское было основано в 1698 году на удобном месте, где река Кия встречается с главной торговой дорогой Сибири – Большим Московским трактом. В 1856 году оно получило статус города, а спустя год, по просьбе жителей, и новое название – Мариинск (в честь жены императора Александра II Марии Александровны). Наиболее мощный поток переселенцев из Европейской части России в город и соседние уезды был зафиксирован в XIX веке и связан с периодом «золотой лихорадки». В 1830–1870-е годы в окрестностях Мариинска действовали десятки предпринимателей, получивших разрешение на добычу золота на определённом участке. Для тяжёлых работ они нанимали рабочих из бывших ссыльных, переселенцев, искателей удачи. Условия труда на приисках были тяжёлыми, применялись телесные наказания, заработки были небольшими. Нередко вспыхивали бунты рабочих. К концу XIX века золотая лихорадка в этих местах прошла, началось развитие торговли и промышленности.

В самом городе Томске за семь лет правления Бекмана тоже произошло множество изменений. С 1853 года для ночного освещения улиц стали ставить фонари, в городе появились тротуары, строились каменные лавки и воинские казармы, появилась мещанская богадельня, открыты вольные аптеки. Была проделана работа по составлению нового плана города. В 1854–1955 годах произведено усиление полиции, у чиновников появились новые мундиры. По инициативе Бекмана в Томске началось строительство часовни Иверской иконы Божией Матери. В 1858 Иверская икона была перевезена из Москвы в Томск и с нею были освящены здания города.

А ещё во время губернаторства Бекмана с 15 августа 1857 началось издание первой в Томской губернии газеты – «Томских губернских ведомостей». Она выходила под непосредственным наблюдением Валериана Александровича. Есть данные и о том, что Бекман общался с некоторыми ссыльными, например, с Г. С. Батеньковым и И. И. Пущиным, способствовал облегчению участи петрашевца Ф.-Э. Г. Толля, который был переведён из Керевского каторжного села сначала в село Жарково, а затем и в Томск.

Кстати, именно Ф.-Э. Г. Толль дал словесный портрет губернатора Бекмана: «…Маленький пожилой мужчинка, рыжий, невзрачный, в золотых очках, в горном сюртуке без эполет». Человек, которого описывал декабрист, мало похож на самодовольного губернатора, которого увидел Потанин.

Впрочем, не нам об этом судить. Опираемся на факты, а они, как говорится, вещь упрямая.

Горное дело

Нельзя забывать, что помимо губернаторства Бекману приходилось заниматься и горным делом. Он считался «местным хозяином заводов», обязанным вникать во все подробности управления производством и людьми.

При Бекмане заводы и рудники, 25 лет находившиеся в аренде у Министерства финансов, были возвращены Кабинету. Значительную часть доходов его в это время, наряду с серебром, составляло золото, добыча которого в 1856–1860 достигла 43,5 пуда в год. (Выплавка серебра оставалась на прежнем уровне – 1000 пудов в год.)

В мае 1853 главный начальник Алтайских заводов Бекман обращается к министру финансов: «Предшественник мой, покойный генерал-майор Аносов, рапортом своим от 8 мая 1850 г. за № 412, имел честь представлять Господину бывшему министру финансов смету на постройку нового в Барнауле здания для помещения Алтайского Горного правления и собрания естественных произведений края, но разрешение на оное не получено. Находя со своей стороны, что такая постройка совершенно необходима по чрезвычайной тесноте правления, в комнатах которого на одну квадратную сажень приходится по 3 человека – делопроизводителей… А хранящиеся в ветхом и сыром здании предметы естественной истории и довольно ценные модели рудников, собранные с большим трудом бывшим начальником заводов Фроловым, постепенно портятся… от небрежного их помещения, я покорнейше прошу Ваше Высокопревосходительство пересоставленную в 1848 г. смету, по указанию Ученого комитета представленную к предшественнику Вашему, утвердить и о последующем дать мне знать».

В середине 1850-х годов, опять же при Бекмане, перестройка Гурьевского завода осуществлялась по новой концепции: возведение механической фабрики для производства паровых машин. Также была отремонтирована заводская плотина и повышен её уровень. На заводе были установлены новые машины для производства сортового, листового железа, проволоки (для производства гвоздей)… Осуществлялись технические нововведения и на других производствах.

В 1856 году государь император объявил Валериану Александровичу своё монаршее благоволение за удовлетворительное поступление податей «с мещан и других сословий на обязанности его лежащих». Чуть ранее «за полезную службу по управлению Алтайскими горными заводами» он был пожалован «золотою, украшенную бриллиантами табакеркой с вензеловым изображением имени Его Величества». За праведные труды к уже имевшимся орденам добавились ордена Св. Станислава I степени (1854 год) и Св. Анны I степени (1856 год).

Первая газета в  Томской губернии.
Валериан Александрович Бекман имел награды: ордена святого Станислава 3-й (1836) и 1-й (1854) степени, святого Владимира 4-й (1840) и 3-й (1849) степени, ордена Святой Анны 2-й (1846) и 1-й (1856) степеней.

В 1957 г. было удовлетворено прошение В. А. Бекмана об увольнении со службы по домашним обстоятельствам. С назначением пенсии. Как помещик Лугского уезда он был причислен к дворянству Петербургской губернии, большую часть времени жил в столице в собственном доме. Там и умер 2 февраля 1870 года, похоронен на Никольском кладбище Александро-Невской лавры. Супруга, Августа (Августина) Николаевна надолго его пережила.

Кто-то уже из наших современников спустя столетия подведёт итог жизни и деятельности В. А. Бекмана такими, в общем-то, верными словами: «Это был человек порядка, дисциплины и долга. В его биографии нет резких поворотов, скандальных отставок или внезапных взлётов по протекции. Всё размеренно, предсказуемо, основательно. Таким же, вероятно, был и его характер: немного суховатый, педантичный, чуждый публичности, но абсолютно надёжный. Генеральский чин стал естественным итогом этой жизни, посвящённой не себе, а служению выбранному делу в рамках выстроенной государственной иерархии. Его жизнь – чертёж, выполненный каллиграфическим почерком на ведомственном бланке…».

Часовня Иверской иконы Божьей Матери  была чрезвычайно почитаема томичами,  являлась "духовными воротами" города.  В 2020 году она была восстановлена на прежнем месте.